Конек-колченог

Жил-был в давние времена король, и был у него один-единственный сын. А уж пригож был молодой принц! Таких на всем свете больше не сыскать! И сердцем он был добр, и умом не обижен. Одно плохо: очень уж кичился принц своим саном, разумом и красотой! Уродов вокруг се­бя он терпеть не мог. Подавай ему только красавцев да кра­савиц!
— Как гляну на урода, так мне тошно делается! — быва­ло, говорил он.

Довелось однажды принцу со своими придворными в отъезжем поле охотиться. Стали они станом у самой про­селочной дороги и завтракают. И видят вдруг: едет по доро­ге старик на шелудивом коньке верхом.

Уж до чего был неказист с виду тот старик! И горбатый, и одноглазый, и кривошеий, а одежка на нем бедная да гряз­ная. И лошадь под стать хозяину — конек маленький, брюха­тый, косматый да еще хромой на переднюю ногу. Одним словом — кляча крестьянская заезженная!

— Фу! — закричал принц. — Глаза бы мои на это уродство не глядели! Убрать с дороги старикашку поганого вместе с его поганой клячей! Ну и уроды! Из-за них кусок в горло не идет!
Придворные рады стараться — прогнали ездока-оборван- ца, и вскоре он скрылся из виду.
Но старик-оборванец вовсе не был таким жалким и без­защитным, каким прикинулся. Был он искусный колдун и надумал проучить спесивого королевича, чтоб неповадно ему было над несчастными уродами да над бедняками измы­ваться.

Вскоре снова предстал он перед принцем в обличье кри­вого старика, тронул его своим посохом и сказал:
— Узнаешь теперь, сладко ли живется такому коньку, как мой! Будь в его шкуре, покуда незамужняя принцесса не скажет тебе: «Друг ты мой любезный!»

Только вымолвил он эти слова, как обернулся красавец принц точь-в-точь таким же жалким коньком, что и стари­ковский. Прежде принц на такого бы и не взглянул!

В замке переполох: пропал королевский сын, и никто не знает, куда он подевался.
А принц тем временем бродил по лесу в обличье пону­рого конька, ростом с теленка, да винил во всем и бранил самого себя. Понял он наконец: никогда спесь к добру не приводит!

Понять-то понял, да поздно! И что ему теперь делать, он не знал. Идти домой в королевский замок не стоит: все рав­но никто его там не признает.

Голодный и бесприютный, ходил он по лесу день, ходил другой. А на третий день случилось так, что увидел конька крестьянский паренек Ханс. Подошел к нему мальчик, ла­сково заговорил, по холке потрепал, вот конек за ним и увя­зался. Так вместе и пришли они к Хансу домой. А жил Ханс с отцом на лесной опушке.

— Погляди-ка, отец! — сказал мальчик. — Вот тебе новый конек вместо старого, что пал вчера.
— Невелико счастье! — говорит крестьянин, отец Хан­са. — Не конек это, а старая кляча. Он и корма-то своего не отработает. Ну да ладно, поглядим! Может, на что и сго­дится!

Отвели они конька в конюшню, а наутро запряг его хозя­ин в плуг, и конек бодро потянул его.
— Я-то думал, что кляча заезженная,— говорит крестья­нин.— А конек только с виду дохлый. Корми его хорошень­ко, может, и будет тогда от него какой ни на есть прок.

Прозвал Ханс своего конька Конек-колченог. И до того он ему полюбился! Кормил Ханс конька, чистил, ласкал и холил. И был конек хозяевам не в тягость — корм свой от­рабатывал.

Вот управился крестьянин с севом и говорит сыну:
— Езжай-ка поутру в город, сходи к кузнецу да вели подковать коньку передние копыта, надо его продать.

Пригорюнился Ханс. Хотелось ему конька себе оставить. Ну да с отцом не поспоришь!
Отправился Ханс в город. Только подковал кузнец конь­ку передние копыта, глядь — пред Хансом кривой старик по­явился и спрашивает:
— Не продаешь ли коня?

А Ханс возьми да и пошути:
— Отчего не продать! Только цена ему — две сотни да- леров!
— Дороговато за такого-то коня! — говорит старик. — Ну да ладно, по рукам! Вот тебе две сотни далеров!
— Нет!—молвил тогда Ханс. — Продать я конька не смею. Не мой он, отцовский!
— Тогда ступай домой и спроси отца, можно ли конька продать, — сказал старик.

Не по душе пришлись Хансу такие слова. Сел он на конь­ка и поскакал домой. Ни словом не обмолвился Ханс отцу, что мог он за конька две сотни далеров взять.

Немного погодя открылась в городе конская ярмарка. Собрался и крестьянин на торг ехать и говорит Хансу:
— Почисти получше конька, он нынче на ярмарку пой­дет!

Затужил Ханс, просит отца:
— Возьми меня, батюшка, с собой!
— Нет, поеду один! — сказал отец.
— Тогда проси за конька три сотни далеров! — говорит Ханс.
— Да ты, никак, рехнулся, малый! Сотня далеров — вот ему красная цена!

Тут Ханс и рассказал, что ему за конька две сотни дале­ров сулили.
— Простофиля! — закричал в сердцах отец и закатил Хансу оплеуху.

Сел крестьянин на конька и на ярмарку поскакал. Хоть и разозлился он на Ханса, а все ж таки запомнил, что ему сын рассказал.

Обступили крестьянина на торгу барышники, спраши­вают:
— Какая коню цена?
— Три сотни далеров! — бойко отвечает крестьянин.

Посмеялись над ним покупщики и говорят:
— Такой-то падали красная цена — сотня далеров, да и то в базарный день.
Но крестьянин стоял на своем и цену не сбавлял.

Под конец явился на ярмарку кривой старик. Не стал он с крестьянином торговаться — сразу выложил три сотни да­леров.

Пришел крестьянин пешком домой, выгодной сделке не нарадуется. А Ханс плачет да горюет. Ищет его поутру отец, ищет, только паренька и след простыл.
— Побежал, поди, за коньком! — сказала мать.

А Ханс и вправду за коньком побежал.
Разузнал он на ярмарке, что старик, который конька сторговал, уехал за сотню миль от города.
— Богат тот человек несметно, да к тому же и из знат­ных!— сказали Хансу люди.— Уж не из королевских ли он приближенных?

Мигом собрался Ханс в путь-дорогу. Прошел он за день не один десяток миль и к вечеру добрался до королевского замка. Попросился он там на службу в конюшню. Взяли Ханса в конюхи, но конька своего он в королевской конюш­не не сыскал.

И вот однажды видит Ханс: останавливаются на площади перед замком санки, а в них его конек запряжен. Обрадо­вался Ханс, подошел к коньку, треплет его по холке, ласко­во поглаживает.

А тут, надо же, случись такое: пробегает мимо меньшая принцесса, совсем еще дитя. Видит она, как Ханс конька по­глаживает, и говорит:
— Хочу такую лошадку! Пусть катает меня верхом и на санках. Ладно, Ханс?
— Ясное дело, пусть катает,— говорит Ханс. —Мне ли этого конька не знать! До того он резввый, до того верный, что другого такого не сыщешь.

Побежала принцесса к своему королю-отцу и просит:
— Купи мне ту лошадку!
— Да это ж кляча дохлая! — говорит король. — Бери из моей конюшни любого коня, какой приглянется. Мало тут разве добрых коней?!

А королевна и слышать про другого коня не желает. И так она упрашивала отца, так умоляла, что король под ко­нец согласился и купил ей конька.
— Ухаживай за ним хорошенько, Ханс! — приказала ма­ленькая принцесса.
А Ханс и сам рад!

Холил Ханс конька, кормил досыта, и конек день ото дня все краше да краше становился. А маленькая принцесса каталась на нем и верхом, и на санках и души в своей ло­шадке не чаяла.

Была у короля, кроме маленькой принцессы, еще одна дочь, сыновьями его судьба обделила. И вот случилось однажды старшей принцессе рыбу удить. Удила она рыбу, удила да и обронила в воду перстень, что ей в наследство от матери достался. Перстень не простой, а волшебный — счастье он людям приносил.

Затужил король и его старшая дочка. И велел король перстень во что бы то ни стало сыскать. Но перстень так и не нашелся. Приказал тогда король глашатаям объявить: «Кто сумеет перстень отыскать, отдаст тому король в на­граду полкоролевства и старшую принцессу в жены. А кто возьмется за это дело и не сделает — не сносить ему головы».

Понаехало тут немало князей, графов да всякой знати из своих и из чужих земель. Искали они перстень, искали, мно­гие жизни лишились, но перстень так и не отыскался.
А меньшая принцесса день ото дня любила своего конька все больше и больше. Велела даже его золотыми подковами подковать.

Вот однажды повел Ханс-конюх конька на водопой и ви­дит в воде красивую золотую рыбку. Прыгнул он в озеро, хотел рыбку поймать, да не сумел. На другой день снова по­вел Ханс конька на водопой. Вошел конек в озеро, брык но­гой — и выбросил из воды на берег ту самую золотую рыбку. Отнес Ханс рыбку на королевскую поварню, и все — король, его дочки, придворные и челядь, все от мала до велика,— сбежались на нее поглядеть.

А как разрезали рыбку — видят: лежит у нее в брюхе перстень бесценный.
Сказал тут король старшей дочери:
— Придется тебе Ханса-конюха в мужья взять. Он твой перстень принес.

Принцесса и сама-то, как видно, не прочь. Да и Ханс не отказывался, только сказал:
— Достал-то перстень не я, а королевский конек. Это он золотую рыбку на берег выбросил.

Как услыхала это меньшая принцесса, побежала она в ко­нюшню к своему коньку, обхватила его за шею, целует да приговаривает:
— Не хочу, чтоб ты женился на сестрице; пускай лучше за Ханса-конюха выходит. А тебя я никуда не отпущу. Друг ты мой любезный!

Только вымолвила она эти слова — конька словно не бы­вало! Стоит перед принцессой молодой красавец принц, а принцесса его за шею обнимает.

Поведал ей принц про свои беды, про то, как был нака­зан за свою спесь и как потом раскаялся. Пошли они к коро­лю и сыграли свадьбу в тот самый день, когда обвенчались Ханс-конюх со старшей принцессой.

Поехал красавец принц с молодой принцессой домой, в отцовское королевство. То-то было радости, как увидали его в живых да еще с красавицей женой! Думать забыл принц про свою спесь. И жил он в любви да согласии с меньшой принцессой долгие годы.

Ханс-конюх тоже жил не тужил со старшей принцессой. А как умер старый король, отошло Хансу все его королев­ство.

Поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • БобрДобр
  • МоёМесто.ru
  • Яндекс.Закладки
  • В закладки Google

Назад Вперед

blog comments powered by Disqus