Хлеб, вино и соль

У одного короля были три дочери: одна – черноволосая, другая – рыжая, а третья – белокурая.
Старшая была дурнушка, средняя – не очень красивая, а младшая – добрая и собой хороша. Оттого старшие сестры ей завидовали. Было у короля три трона: один – белый, другой – красный, а третий – черный. Когда король бывал весел, он садился на белый трон, когда не очень весел – на красный, а когда гневался, то на черный.

Вот однажды рассердился он на старших дочерей! и уселся на черный трон. Они давай возле отца вертеться да ластиться к нему. Старшая и говорит:
- Синьор отец, хорошо ли вам спалось? Не на меня ли вы сердитесь, раз сели на черный трон?
- Да, на тебя сержусь.
- За что же, синьор отец?
- За то, что ты меня совсем не любишь!
- Я? Да что вы, синьор отец, ведь я вас так крепко люблю!
- А как крепко?
- Как хлеб!
далее

Гарпалиону – владыка львов

Жил на свете ослёнок. Его никак не звали, потому что от роду ему было всего три дня и хозяин ещё не успел придумать ему имя. Ослёнок был очень весёлый, очень любопытный и постоянно совал свой нос куда надо и куда не надо.

На четвёртый день своей жизни он гулял по двору и увидел маленькую ямку в песке. Это показалось ослёнку очень странным. Он расставил пошире копытца, наклонился и понюхал, чем тут пахнет. Вдруг из песка выскочило страшное чудовище — брюхо круглое, лап много-много и все так к ослёнку и тянутся! Это был жучок-паучок, муравьиный лев, что сидит в песчаной ямке, муравьёв поджидает. Ослёнок, конечно, не муравей, но всё равно он перепугался и закричал во всю глотку.
На крик прибежал его хозяин. Увидел, в чём дело, и принялся хохотать.
— Вот так храбрец, букашки, муравьиного льва, испугался! Ну, теперь я знаю, как тебя назвать. Будешь зваться Гарпалиону — владыка львов. Так ослёнок получил имя.
далее

Хитрая крестьянка

Как-то один крестьянин обрабатывал в своем винограднике землю, и вдруг его мотыга звякнула обо что-то твердое. Нагнулся он – лежит красивая ступка. Поднял ее, обтер полой и видит, что вся она из чистого золота.
– Да это ступка достойна самого короля! – воскликнул крестьянин.– Отнесу-ка я ее во дворец, может мне что за это и перепадет.
Дома крестьянина ждала его дочь Катерина; показал он ей ступку и сказал, что хочет отнести во дворец.
– Очень красивая ступка,– проговорила Катерина,– ничего не скажешь. Но, если вы ее понесете королю, он придерется, что здесь чего-то не хватает. И вам же будет плохо.
– Чего же здесь не хватает? Не к чему тут придраться даже королю. Чего ты мелешь, басурманка?
И Катерина ответила:
– Вот что он скажет:
Хорошая ступка, большая.
А вот где пест, мужик, ты не знаешь?
Крестьянин пожал плечами.
– Прямо так и скажет? Глупенькая, он ведь поумнее тебя.
далее

Принцесса из апельсина

Жил-был на свете принц, красивый двадцатилетний юноша. И захотелось ему жениться. Стал король приглашать ко двору разных принцесс, одна красивее другой. Но никто из них не приглянулся юноше.
- Эта, отец? Да разве вы не видите, какие у неё волосы! Все равно что усы у кукурузного початка! Эта? Черна, как котелок для поленты. А у этой нос картошкой.

Словом, ни одна ему не угодила, и бедняжки принцессы, раздосадованные и обиженные, со слезами уехали восвояси.
- Всё же, сын мой, надо тебе на ком-нибудь жениться, детей завести…
- Конечно, отец. Надоело мне жить в одиночку. Но нельзя же жениться на ком попало, как по-вашему?
- Так что же теперь делать?
- Дайте мне денег да доброго коня, поеду я по свету искать себе невесту. Глядишь и найду. А коли никто не полюбится, навек бобылем останусь.
далее

Волшебное кольцо

Жил-был на свете бедный юноша. Вот однажды говорит он своей матери:
- Пойду-ка я, мама, странствовать по свету. В нашей деревне за меня и сухого каштана не дают. Что из меня здесь путного выйдет? Отправляюсь искать своё счастье! Глядишь, и для тебя, мама, настанут радостные дни.

Сказал – и отправился в путь.
Добрался он до какого-то города и стал бродить по улицам. Видит, плетётся в гору старушка, несёт на коромысле два больших ведра с водой, а сама еле дышит. Подошёл юноша к старушке:
- Дайте, бабушка, я донесу воду, не годится вам таскать такую ношу.
Подхватил он вёдра, донес их до старушкиного дома, поднялся по лестнице и поставил вёдра на кухне.
далее

Саламанский виноград

Жил был когда-то король, и была у него дочь-невеста необыкновенной красоты. А у его соседа, тоже короля, было трое юных сыновей. И все трое влюбились в принцессу.
– Для меня все вы одинаковы,– сказал братьям отец принцессы.– Никому из вас я не могу отдать предпочтения. Но чтобы вы не ссорились из-за руки моей дочери, поступим так. Отправляйтесь странствовать по свету. Кто из вас через полгода вернется с самым лучшим подарком, тот и станет моим зятем.

Отправились братья в путь, и там, где большая дорога расходилась на три, расстались.
Миновал один месяц, другой, третий, а старший брат все еще не нашел подарка, достойного такой прекрасной невесты.
И вот шел уже шестой месяц, как вдруг принц, пребывая в одной очень дальней стороне, где он остановился в гостинице, услышал зычный голос:
– Ковры, ковры самой искусной работы! Принц выглянул в окно, торговец ему и говорит:
– Не хотите ли купить чудесный ковер?
– Только ковра мне и не хватает,– усмехнулся принц.– В моем дворце столько ковров, что их стелют даже на кухне.
далее

Прекрасная Розалинда

Испанской королевне, дочери испанского короля, исполнилось шестнадцать лет. Пора было выдавать ее замуж. Прослышали об этом женихи, и съехалось их с разных концов земли великое множество.
Был тут и индийский раджа, и наследник французского престола, и португальский принц, и персидский шах, а князей да герцогов не перечесть.
Последним приехал турецкий султан, старый и кривоногий.

Королевна в щелочку смотрела на женихов, которых отец принимал в парадном зале, и хохотала до упаду. Только дважды она не смеялась. Первый раз, когда увидела португальского принца, потому что он был статен, красив и очень понравился королевне. Второй раз она не засмеялись, когда увидела турецкого султана – очень уж он был страшен.
далее

Дары феи Кренского озера

В Ниольских горах, где так редко выпадают дожди, где от жары камни рассыпаются в песок, а земля становится твёрдой, как камень, лепились к склонам домишки маленького селения. Крестьяне в этом селении жили бедно, хоть и работали много. Если бы они так трудились где-нибудь в долине, они, пожалуй, жили бы припеваючи. И всё-таки даже эта бесплодная земля кое-как кормила их.
Но вот настал тяжкий год в Ниольских горах. Если на землю и падали капли влаги, то это был только пот, что стекал по лицам крестьян, измученных напрасной работой. А дождя за всё лето так и не было. В селении начался голод. Больше всех голодал старый крестьянин, у которого было двенадцать сыновей и ни одного мешка муки в запасе. Однажды он сказал:
– Горько мне с вами расставаться, дети, но ещё горше видеть, как вы голодаете. Идите искать себе счастья в других краях.
– Хорошо, – ответили одиннадцать сыновей, – только пусть младший брат, Франческо, остаётся с тобой. У нас_ сильные ноги, пойдём мы быстро, где ему, хромому, угнаться за нами.
Тогда отец сказал:
– Парни вы рослые и ноги у вас здоровые, только вот умом вы не богаты. Франческо и ростом не вышел, и хром, а голова и сердце у него золотые. Пока он с вами, я за вас и тревожиться не стану. Берегите Франческо, сами целее будете.
далее

Три апельсина

Жили когда-то король и королева. Был у них дворец, было королевство, были, конечно, и подданные, а вот детей у короля и королевы не было.
Однажды король сказал:
- Если бы у нас родился сын, я поставил бы на площади перед дворцом фонтан. И била бы из него не вино, а золотистое оливковое масло. Семь лет приходили бы к нему женщины и благословляли бы моего сына.

Скоро у короля и королевы родился прехорошенький мальчик. Счастливые родители выполнили свой обет, и на площади забили два фонтана. В первый год фонтаны вина и масла вздымались выше дворцовой башни. На следующий год они стали пониже. Словом, королевский сын, что ни день, становился больше, а фонтаны – меньше.
далее

Чучело у колодца

Недалеко от Палермо стоят на двух холмах две деревни: Изнелло и Кьяна. Спросите наугад у любого жителя Кьяны – он вам скажет, что Изнелло хорошая деревня, только по воду ходить далеко. То же самое скажет вам о Кьяне любой житель Изнелло. И это будет сущая правда.
Известное дело, что повыше, то и к солнцу поближе, а солнце в тех краях жаркое. Вот оно и высушило холмы, словно два сухаря. Хоть насквозь их прокопай, до влаги не доберёшься. За каждой каплей воды и кьянцам и изнеллцам приходилось спускаться в долину между холмами.

Там был колодец, да такой глубокий и чистый, что воды в нём хватило бы ещё на три деревни.
Что и говорить, не так уж приятно таскаться в такую даль – вниз порожняком, в гору с водой. Мулы, как только к их бокам начинали приторачивать бочёнки или бурдюки, поднимали громкий рёв. Ну, а люди? Люди, представьте себе, не жаловались. Всякому ведь интересно узнать, какие новости в соседней деревне.
далее