Вечер, проведённый в одной норвежской кухне

Ну и выдалась же погодка в этот вечер!
На дворе бушует метель. Ветер свистит и раскачивает голые ветки клёнов и старых лип. На небе — ни звёздочки. Пожалуй, нигде небо не бывает таким мрачным, как в Норвегии, в глухой декабрьский вечер.

Мы с хозяином дома сидим в его комнате, тускло освещенной свечой. В одном углу дивана устроился я с книгой, в другом углу — сам хозяин. Перед ним — целая кипа газет. Из номера в номер там печатается труд под затейливым названием: «Опыт выражения верноподданнических чувств на благо родины». Автор предпочёл скрыть своё имя и скромно подписался: «Аноним».
далее

Чудо-девица

Жил-был когда-то король, и было у него много сыновей. Уж не помню точно, сколько их у него было, только младшему все не сиделось дома – так и рвался он из дому на мир поглядеть и себя показать. Наконец король сдался на уговоры сына и отпустил его.

Шел королевский сын, шел и пришел на подворье к великану. Взял великан его в услужение. Вот собирается утром великан пасти свое стадо и говорит королевскому сыну:
- Работы тебе на сегодня – вычистить хлев. Вычистишь – на том и кончай. Тебе повезло, хозяин тебе попался -добрее не сыщешь. Но уж коли так, служи и ты с усердием. Да не вздумай зайти в комнаты, что по соседству с той, где ты ночевал. Ослушаешься – не сносить тебе головы.
далее

Ловля макрелей

Я вырос у моря. Там, среди волн, я провёл на скалистых островах — шхерах — своё раннее детство.
Моя родина славится хорошими моряками, и в этом нет ничего удивительного — здесь привыкают к морю с младенческих лет.
Едва дети научатся ходить, они уже карабкаются по утрам на прибрежные скалы и часами смотрят, как меняется море.

Они ещё бегают в одних рубашонках, а уже могут сказать, какую погоду обещает море: пососут палец, потом поднимут его и знают — с той стороны, где палец тронет холодком, и жди ветра.
А чуть только они в силах поднять весло, они уже в лодке, уже начинают опасную игру с морской стихией.
В юности я часто выходил в море с одним лоцманом, моим земляком. Это был самый смелый моряк, какого я знал в жизни. Часы, которые я провёл вместе с ним, навсегда останутся самыми счастливыми в моих воспоминаниях.
далее

Замок Сория-Мория

В одной деревне жил у отца с матерью парень, по имени Хальвор.
Жил он и забот не знал, а родителям своим немало горя приносил. Сидит себе целыми днями около печки и роется в золе. И ни до чего ему дела нет.
Сколько раз отец с матерью отдавали его в учение, но всё без толку. Не пройдет и трёх дней, а Хальвор опять дома,- всё ему не так, всё не по нём. Опять сидит он у печки, опять копается в золе. И вот однажды зашёл к ним в дом матрос. Много земель и морей перевидал он и теперь снова отправлялся в далекое плавание.

- Хочешь, тебя с собой возьму? – спрашивает он Хальвора.
Да, это Хальвору пришлось по вкусу, на это он согласен.
Собирался он не долго – стряхнул золу с ладошек и пошёл.
далее

Сын вдовы

Жила когда-то бедная-бедная вдова, и был у неё один-единственный сын, по имени Ларе. Из последних сил работала мать, чтобы вырастить своего сына. А когда минуло Ларсу шестнадцать лет, она сказала:
- Теперь, сынок, ты сам себе на хлеб зарабатывай. Иди ищи какую-нибудь работу, а я тебя кормить больше не могу.

И вот отправился Ларс по белу свету искать себе заработок.
Шёл он, шёл, и повстречался ему на дороге старик.
Старик спрашивает:
- Ты куда идёшь, парень?
- Иду работу искать. Хочу поступить к кому-нибудь в услужение.
- Поступай ко мне!
- Ладно, могу и к тебе. Для меня что к тебе, что к другому – всё равно.
- Ну так идём. Не пожалеешь.
далее

На восток от солнца, на запад от луны

Жил когда-то на свете бедный человек с женой.
Всего богатства у них было — полный дом детей. Ходили они всегда оборванные и голодные, и только одним не обошла их судьба — все как на подбор были красивые. А уж младшая дочь — такая красавица, что никто с ней не мог сравниться.

Однажды поздней осенью, когда на дворе была непроглядная темень — хоть глаз выколи — и дождь лил словно из ведра, а ветер налетал с такой силой, что весь домик трещал и шатался, вся семья сидела возле очага. Мать и дочки штопали и шили, а отец и сыновья занимались всякими поделками. И вдруг в окно кто-то три раза постучал.
далее

Пер Гюнт

Давным-давно, когда тролли ходили по земле, словно они тут хозяева, жил в Кваме охотник, по имени Пер Гюнт. Круглый год бродил Пер Гюнт в горах, потому что в те давние времена горы были покрыты густыми лесами, а в лесах водилось всякое зверьё.
И вот что случилось с ним однажды осенью.

Скотину с лесных пастбищ давно уже угнали вниз, в долину. Вместе со стадами ушёл с гор и весь народ. Пер Гюнт немало исходил крутых тропинок, выслеживая медведя, и ночь застала его недалеко от брошенной пастушеской хижины в Хевринге.
Тьма была такая, что он не видел даже собственной руки.
Когда Пер подошёл к хижине, собаки его ни с того ни с сего принялись лаять, словно они учуяли медведя. Пер Гюнт прислушался. Кругом было тихо. Ни звука, ни шороха.
далее

Лис Миккель и медведь Бамсе

Издавна враждовали меж собою лис Миккель и медведь Бамсе. И хоть медведь много сильнее лиса, а никак ему с Миккелем не совладать было, потому что верх всегда тот берет, у кого смекалки больше. Только один раз так вышло, что и старый Бамсе лиса в дураках оставил.
Вот послушайте, какие потешные истории о них в наро­де рассказывают:

I. «БРОСАЙ ЕЛОВЫЙ КОРЕНЬ – ХВАТАЙ ЛИСИЙ ХВОСТ!»

Сидел однажды летом медведь Бамсе на пригорке да и задремал на солнышке. А тут лис Миккель из лесу крадет­ся. Увидел он медведя и думает:
«Дремлешь, дедуля? Ах ты, лежебока этакий! Ну погоди, сейчас я с тобой шутку сыграю».
Поймал он в лесу трех мышей, положил их на пенек под носом у медведя, а сам подкрался к нему тихонько да как гаркнет над самым ухом:
— Бух, бух! Проснись, Бамсе! Пер-стрелок за горою!
Покричал он так — а сам деру в лес!
далее

Шкипер и черт

Жил когда-то в Сокнадале шкипер Арне. Плавал он по всем морям и фьордам на своей шхуне, лес возил. Случалось ему даже в Китай заходить и в другие дальние страны. За что ни возьмется Арне, во всем ему сопутствует удача. Дальше его в море никто не ходил. И всегда был ему попутный ветер. Поговаривали даже, что куда шкипер свою зюйдвестку (зюйдвестка – непромокаемая клеенчатая ткань) повернет, туда и ветер подует. Ни у кого не бывало таких выгодных сделок, как у него, и никто не загребал столько денег: далеры и кроны будто сами ему в руки плыли.

Но никто не завидовал шкиперу. Люди любили Арне, как брата или отца. Помогал он в приходе всем и каждому, корабельщиков на своей шхуне тоже не обижал.
Вот плывет шкипер однажды по Северному морю. Плывет на всех парусах, будто и шхуна, и кладь не свои у него, а ворованные. Ясно: уйти от кого-то хочет. Только от того, кто за ним гнался, не убежишь. А был это страшный черт по прозвищу Старый Эрик.
далее

Гудбранд с косогора

Жил на свете крестьянин по имени Гудбранд. Усадьба его стояла на косогоре, и потому прозвали его Гудбранд с косогора. Жил он со своей старухой душа в душу, и никогда ему жена ни в чем не перечила. Что муженек сделает-то и ладно. Худо ли сделает, хорошо ли,-а попреков от жены никогда не услышит.
Жили они хоть и не в большом достатке, но и не в бедности.

Был у них надел земли, две коровы в хлеву да сотня далеров в кубышке про черный день.
Вот однажды жена и говорит мужу:
- Надо бы в город сходить, продать одну корову, чтоб и у нас, как у всех добрых людей, были деньги на расходы. А ту сотню далеров, что в сундуке припрятана, нам не еле тратить. Да и ходить за одной коровой мне легче будет.
- Это ты, жена, ладно придумала, – отвечает Гудбранд.
Повязал он корове рога веревкой и повел ее продавать.
далее